Применяется ли Регламент ЕС об ИИ (AI Act) в Швейцарии?

Что решила Швейцария, а что нет

12 февраля 2025 г. Федеральный совет определил курс Швейцарии: никакого швейцарского аналога всеобъемлющего AI Act, принятого в ЕС; присоединение к Рамочной конвенции Совета Европы об ИИ (Framework Convention on AI, CETS № 225), которую Швейцария подписала 27 марта 2025 г. и которую Федеральный совет намерен ратифицировать, причем ратификация требует одобрения парламента; законодательные изменения, которые по возможности должны быть отраслевыми, тогда как общие, межотраслевые правила ограничатся центральными областями, значимыми для основных прав, такими как защита данных; а наряду с ними — меры, не имеющие обязательной силы, например соглашения о самодекларировании или отраслевые решения. Проект для публичных консультаций, охватывающий прозрачность, защиту данных, недискриминацию и надзор, ожидается до конца 2026 года.

Поручение дано Федеральному департаменту юстиции и полиции (FDJP), который работает совместно с Федеральным департаментом окружающей среды, транспорта, энергетики и коммуникаций (DETEC), где профильную работу ведет Федеральное управление связи OFCOM (BAKOM), и с Федеральным департаментом иностранных дел (FDFA). Заявленные цели — инновации, защита основных прав, включая экономическую свободу, и доверие общества. Метод повторяет то, как Швейцария поступила с криптоактивами: вписать в действующее право, скорректировать там, где это необходимо, обойтись без отдельного кодекса. Для компаний это означает, что швейцарский свод правил будет появляться в основном по частям и по отраслям, с межотраслевым ядром в областях, значимых для основных прав, а проект для публичных консультаций, ожидаемый до конца 2026 года, — та часть, за которой нужно следить на протяжении 2027 года.

Где регламент ЕС затрагивает Швейцарию

Правила о сфере применения Регламента (ЕС) 2024/1689 привязаны к тому, где ИИ поставляется и где используются результаты его работы, и то, что компания учреждена в Швейцарии, не выводит ее из-под их действия; для поставщиков моделей ИИ общего назначения (GPAI) из третьих стран это указано в вопросах и ответах Комиссии по GPAI. На практике значение имеют четыре триггера. Первые два — критерии сферы применения по ст. 2(1) AI Act; третий и четвертый — практический и договорный пути, по которым стандарты AI Act доходят до компании, находящейся вне его прямой сферы применения.

Размещение на рынке ЕС: швейцарская компания, которая размещает системы ИИ или модели общего назначения на рынке ЕС либо вводит там систему ИИ в эксплуатацию, в том числе для собственного использования в ЕС, подпадает под AI Act. Какие обязанности из этого следуют, зависит от ее роли (поставщик по ст. 3(3) или, если она лишь предоставляет на рынке чужую систему, дистрибьютор) и от того, что именно она поставляет: требования к системам высокого риска для системы ИИ высокого риска, обязанности по обеспечению прозрачности, которые мы рассмотрели в нашем обзоре о ст. 50, если система генерирует контент или взаимодействует с людьми, либо обязанности в отношении моделей по главе V для модели общего назначения. Механизм для третьих стран также конкретен: уполномоченного представителя в ЕС обязаны иметь поставщики систем высокого риска из третьих стран (ст. 22, в сроки, установленные для систем высокого риска) и поставщики моделей общего назначения из третьих стран (ст. 54, применяется со 2 августа 2025 г., с исключением для моделей с открытым исходным кодом, не представляющих системного риска); общего требования о представителе для каждой швейцарской компании, поставляющей ИИ, нет.

Результаты работы системы используются в ЕС: этот триггер легче всего упустить из виду. Модель может работать полностью на инфраструктуре в Цюрихе; если результаты работы системы используются в ЕС (скоринговые оценки, передаваемые клиентам в ЕС, контент, создаваемый для аудитории в ЕС, решения, затрагивающие пользователей в ЕС), AI Act применяется к швейцарскому поставщику или эксплуатанту (deployer) в силу ст. 2(1)(c). Поэтому обслуживание из Швейцарии клиентов из ЕС нужно проверять по каждой системе: триггер — использование результатов работы системы в ЕС, а наличие клиента из ЕС само по себе вопроса не решает ни в одну, ни в другую сторону.

Структура группы: дочерние компании в ЕС, использующие инструменты ИИ группы, несут обязанности эксплуатанта на месте, что на практике подтягивает систему управления ИИ в группе до стандарта ЕС; ту же динамику мы описывали применительно к противодействию отмыванию денег (AML) и DORA (Регламент ЕС о цифровой операционной устойчивости). Положение в цепочке создания стоимости: швейцарская компания, поставляющая модели или компоненты ИИ поставщикам из ЕС, сталкивается с AI Act через обязанности своих клиентов и договоры с ними, независимо от того, подпадает ли она сама под его действие. Компания, у которой нет ни одной из этих связей (швейцарский ИИ, швейцарские клиенты, результаты в Швейцарии), находится вне регламента ЕС; компания, у которой единственная связь — компания группы или положение в цепочке создания стоимости, находится вне его прямой сферы применения, хотя стандарты AI Act все равно дойдут до нее этими путями.

Сфера применения — один вопрос, сроки — другой. По состоянию на дату этого обзора применяются запреты и обязанности в отношении моделей общего назначения (для модели, размещенной на рынке до 2 августа 2025 г., срок истекает 2 августа 2027 г.); ст. 50 применяется со 2 августа 2026 г., причем обязанность маркировки по ст. 50(2) для систем, уже размещенных на рынке, отложена до 2 декабря 2026 г.; требования к системам высокого риска вместе с сопутствующими обязанностями эксплуатантов применяются со 2 декабря 2027 г. для систем из Приложения III и со 2 августа 2028 г. для систем из Приложения I согласно Регламенту (ЕС) 2026/1744.

Швейцарский уровень, который применяется в любом случае

Швейцарское право применяется независимо от того, применяется ли регламент ЕС. Сегодня основную работу выполняют три швейцарских источника. FADP регулирует любое использование ИИ, затрагивающее персональные данные: прозрачность перед субъектами данных, положения об автоматизированных решениях, безопасность данных и анализ передачи данных для инструментов, размещенных за рубежом, — тот же вопрос архитектуры, который мы рассматривали применительно к китайским моделям. Для поднадзорных финансовых институтов FINMA четко обозначила свою позицию: в своих разъяснениях Guidance 08/2024 она ожидает, что институты, использующие ИИ, оценят его влияние на свой профиль рисков и соответствующим образом выстроят систему управления, управление рисками и меры контроля; в них названы модельный риск, качество данных, зависимость от третьих лиц и объяснимость. Формирующуюся надзорную практику отражает досье FINMA по ИИ. Наконец, общие нормы права (договорное право, ответственность, недобросовестная конкуренция, трудовое право, запрет дискриминации) применяются к поведению, в основе которого лежит ИИ, точно так же, как к любому другому поведению, а имплементация конвенции после ее принятия сделает эти нормы более определенными. Проект для публичных консультаций, ожидаемый до конца 2026 года, — первый из нескольких этапов (публичные консультации, послание Федерального совета, парламент и срок для референдума), которые предстоит пройти, прежде чем новый закон станет обязательным; позиции, которые фиксируются сейчас во внутренних политиках и договорах, следует формулировать с учетом этого проекта.

Единая система управления для обоих режимов

Для большинства швейцарских компаний, имеющих какую-либо связь с ЕС, практический вывод таков: в отношении существенной части вашего парка систем ИИ вы будете соблюдать стандарт ЕС, поскольку триггеры охватывают ваш бизнес, ориентированный на ЕС, компании вашей группы или ожидания ваших клиентов, а вести два режима управления ИИ параллельно дороже, чем один. Обоснованный подход — единая система (инвентаризация, классификация рисков, надзор со стороны человека, прозрачность, документация), которая соотнесена с AI Act там, где он применяется, а там, где он не применяется, представлена в соответствии с FADP, ожиданиями FINMA и, со временем, имплементацией конвенции. Преимущество Швейцарии состоит в последовательности действий и соразмерности: никакого механизма оценки соответствия для систем высокого риска при использовании только в Швейцарии, облегченная документация там, где ни один триггер не срабатывает, и свобода выборочно внедрять меры контроля уровня ЕС. Эту возможность выбора сохраняет именно анализ триггеров, проведенный сейчас; без такого анализа стандарт ЕС, как правило, все равно приходит при очередном продлении договора с крупнейшим клиентом.

Что это означает для вас

• Соотнесите четыре триггера с вашим перечнем систем ИИ. Размещение на рынке, использование результатов в ЕС, компании группы, положение в цепочке создания стоимости: по каждой системе письменно фиксируется «да» или «нет». Наибольшего внимания требует триггер, связанный с результатами работы системы: обслуживание из Цюриха клиентов из ЕС может привести к тому, что AI Act будет применяться к вам, если результаты работы вашей системы используются в ЕС; проверьте это по каждой системе, а затем осознанно выстройте услугу или определите ее рамки.
• Поднадзорные организации: реагируйте на FINMA 08/2024 уже сейчас. Систему управления, оценку профиля рисков и меры контроля при использовании ИИ от вас ожидают уже сегодня.
• Постройте единую систему. Систему управления уровня ЕС, применяемую соразмерно, отстоять проще, чем параллельные режимы или импровизацию.
• Следите за проектом для публичных консультаций, ожидаемым до конца 2026 года. Проект правил о прозрачности, защите данных, недискриминации и надзоре готовится в 2026 году, и ему еще предстоит пройти публичные консультации и парламент; это подходящий момент, чтобы один раз привести внутренние политики в соответствие.

Isak Legal консультирует швейцарские и международные компании по вопросам системы управления ИИ в рамках режимов ЕС и Швейцарии, анализа триггеров, внутренних политик использования ИИ и договоров с вендорами. Подробнее на наших страницах ИИ, данные и технологии и Швейцария как база, или свяжитесь с нами.

Настоящий обзор предназначен исключительно для общего ознакомления, отражает положение дел по состоянию на 26 сентября 2026 г., не является юридической консультацией и не создает отношений между юристом и клиентом. Швейцарская имплементация конвенции Совета Европы находится в стадии подготовки, а разъяснения ЕС продолжают развиваться; прежде чем действовать, проверьте актуальное положение дел по официальным источникам, ссылки на которые приведены выше. Для получения консультации по конкретному вопросу свяжитесь с нами.